Фёдор Дмитриевич Самарин (04.02.1858–23.10.1916) — российский общественный, государственный и церковный деятель славянофильского направления, надворный советник, член Государственного совета Российской империи.

Фёдор Дмитриевич родился в Москве в семье, тесно связанной с историей русского славянофильства. Его отец, Дмитрий Фёдорович Самарин, был публицистом и общественным деятелем, а дядя Юрий Фёдорович Самарин принадлежал к числу наиболее известных представителей славянофильского движения XIX века. Мать, Варвара Петровна Ермолова, происходила из дворянского рода Ермоловых. Среди младших братьев Фёдора был Александр Дмитриевич Самарин, впоследствии московский губернский предводитель дворянства, обер-прокурор Святейшего синода и член Государственного совета.

Первые годы Фёдор, как и другие мальчики в семье Самариных, учился дома и ежегодно сдавал гимназические экзамены. С пятого класса он продолжил образование в 5-й Московской гимназии, которую окончил в 1876 году с золотой медалью. Затем поступил на историко-филологический факультет Московского университета и в 1880 году окончил его со степенью кандидата по историческому отделению.

🔗 Об образовании в семье Самариных

Практически сразу после окончания университета Самарин начал общественную службу. В декабре 1880 года Московское губернское земское собрание избрало его непременным членом Звенигородского уездного присутствия по крестьянским делам. Позднее он был гласным Московского уездного и губернского земских собраний, участвовал в развитии народного образования. В 1884 году Фёдора Дмитриевича избрали предводителем дворянства Богородского уезда Московской губернии. Эту должность он занимал до 1891 года, одновременно в 1884–1886 годах являясь почётным мировым судьёй Богородского округа.

Значительное место в его деятельности занимали образование и помощь малоимущим. Самарин участвовал в организации московских попечительств о бедных, в 1894–1896 годах возглавлял городское попечительство Арбатского участка, был попечителем начального городского училища. В своих работах он обращался к вопросам земской школы, преподавания церковного пения, отношений между земскими и церковно-приходскими школами.

В 1884 году Фёдор Дмитриевич женился на княжне Антонине Николаевне Трубецкой, дочери Николая Петровича Трубецкого, одного из основателей Московского отделения Русского музыкального общества. В семье родились четверо детей: Софья, Варвара, Дмитрий и Мария. Младшая дочь Мария впоследствии стала женой священника и историка церкви Сергея Павловича Мансурова. Антонина Николаевна умерла в 1901 году в Каннах от перитонита.

🔗 Как Дмитрий Самарин повлиял на судьбу Пастернака и стал частью «Доктора Живаго»

Фёдор Дмитриевич вместе с братьями и сёстрами был владельцем родовых земель Самариных в Московской и Самарской губерниях. Общая площадь их владений составляла 9023 десятины. Таким образом, его биография непосредственно связана и с самарской ветвью истории семьи, хотя основная общественная и государственная деятельность Самарина проходила в Москве.

В начале XX века Самарин всё активнее участвовал в политической жизни. В 1905 году он стал одним из основателей «Кружка москвичей», объединявшего представителей консервативной московской общественности. В 1906–1908 годах представлял московское дворянство на съездах Объединённого дворянства, выступал по вопросам государственного устройства и положения крестьянства.

7 апреля 1906 года Фёдор Дмитриевич был избран членом Государственного совета Российской империи от дворянских обществ. Он вошёл в Правую группу и участвовал в работе нескольких комиссий Государственного совета. Особое значение для него имел крестьянский вопрос. Самарин критически относился к указу 9 ноября 1906 года, положившему начало столыпинской аграрной реформе и предоставившему крестьянам возможность выхода из общины с закреплением земли в личную собственность.

Именно несогласие с этой политикой стало причиной его ухода из Государственного совета. Самарин оказался перед выбором между собственными убеждениями и необходимостью поддержать законопроект, одобренный императором. 26 июля 1908 года он отказался от звания члена Государственного совета. Этот поступок хорошо характеризовал его отношение к государственной службе: политическая карьера для него не была ценнее принципов, которые он считал правильными.

Не менее заметной была деятельность Фёдора Самарина в церковной жизни России. В 1906 году он участвовал в заседаниях Предсоборного присутствия, созданного для подготовки преобразований Русской православной церкви и будущего Поместного собора. Самарин много писал о церковном устройстве, духовном образовании, приходской жизни и месте мирян в делах Церкви.

С 1907 года он стал одним из деятельных участников «Кружка ищущих христианского просвещения в духе православной Христовой церкви». Его участники собирались для обсуждения богословских и церковных вопросов, совместного чтения и общения. Вместе с Самариным в работе кружка участвовали Михаил Новосёлов, Владимир Кожевников, Иосиф Фудель, Павел Мансуров и другие представители московской религиозной интеллигенции. Позднее к этому кругу приблизился священник Павел Флоренский, с которым у Самарина установились дружеские отношения.

В 1909 году Фёдор Дмитриевич стал одним из учредителей Братства святителей Московских Петра, Алексия, Ионы и Филиппа и первым председателем его совета. Братство занималось практическими вопросами церковной жизни Москвы. В 1912 году Московская духовная академия избрала Самарина своим почётным членом.

Самарин оставил многочисленные работы по вопросам земства, крестьянского землевладения, образования и церковной жизни. Среди них «Пособие к чтению шестопсалмия», «Первоначальная христианская церковь в Иерусалиме», «Что следует делать в виду предстоящего Церковного собора?», работы об указе 9 ноября 1906 года, земской школе и подготовке духовенства. Значительная часть его наследия связана с теми же вопросами, которыми он занимался в общественной жизни: устройством местного самоуправления, образованием, судьбой крестьянской общины и положением Церкви.

При жизни Фёдор Дмитриевич оставался менее известен широкой публике, чем некоторые его родственники. Современники, однако, высоко оценивали его личные качества и влияние в своём кругу. В семье его называли «мужем совета», человеком, к мнению которого обращались в сложных обстоятельствах. Павел Флоренский воспринимал Самарина не просто как представителя известной фамилии, а как одного из наследников и хранителей славянофильской культурной традиции.

К концу жизни здоровье Фёдора Дмитриевича ухудшилось, ослабло зрение. После его смерти Флоренский вспоминал о Самарине как о человеке, чьи независимость, бескорыстие и пережитые испытания придали ему особый нравственный авторитет. Для людей, знавших Фёдора Дмитриевича, значение имели не столько его звания и положение, сколько последовательность убеждений, образованность и готовность служить тем делам, которые он считал важными.

Фёдор Дмитриевич Самарин скончался в Москве 23 октября 1916 года в возрасте 58 лет. Его похоронили в некрополе Донского монастыря.

Александр Дмитриевич Самарин (30.01.1868–30.01.1932) — российский общественный, государственный и церковный деятель, обер-прокурор Святейшего синода, член Государственного совета, действительный статский советник.

Его жизнь была связана не только с Москвой и крупными событиями российской истории начала XX века, но и с Самарским Заволжьем, прежде всего с Васильевским — родовым имением Самариных на территории современного Приволжского района.

Родился Александр Самарин в Москве, в Леонтьевском переулке, в доме, где сегодня располагается Музей К. С. Станиславского. В воспоминаниях дочери Елизаветы Александровны Самариной-Чернышёвой говорится, что именно здесь прошли его крестины, а позже семья переехала на Поварскую.

Его отец, Дмитрий Фёдорович Самарин (1831–1901), был писателем и общественным деятелем, много сделавшим для сохранения и издания наследия рода Самариных. Мать, Варвара Петровна Самарина, урождённая Ермолова (1832–1906), происходила из семьи Ермоловых и, по семейным свидетельствам, отличалась внутренней простотой, твёрдостью характера и глубокой религиозностью.

Семья, в которой рос Александр Дмитриевич, принадлежала к числу тех, где образование, православная традиция и чувство долга были не внешней нормой, а частью повседневной жизни. Самарины не любили политической суеты и интриг, но умели твёрдо держаться своих убеждений. Эту черту позднее в полной мере унаследовал и Александр Дмитриевич.

Особое место в его детстве занимало Васильевское. Каждое лето семья уезжала за Волгу, в большое имение на левом берегу, выше Сызрани. Эти поездки, волжские просторы, степной пейзаж и сама атмосфера заволжской усадьбы оставили в его памяти глубокий след. По воспоминаниям дочери, Волга «всю жизнь приводила его в трепет», и любовь к этим местам он передал уже своей семье.

Детские годы Александра Дмитриевича проходили в большой семье, где строгое воспитание сочеталось с внутренней свободой. До пятого класса дети обучались дома, а затем поступали в гимназию. Такое образование давало не только знания, но и привычку к самостоятельной работе и дисциплине. По воспоминаниям близких, Самарин рано отличался серьёзностью, аккуратностью и редким для юного возраста чувством ответственности.

Он учился в классической гимназии и окончил её с золотой медалью. Все братья Самарины шли тем же путём — в Московский университет, на историко-филологический факультет. Университетская среда конца XIX века давала широкий кругозор, но не изменила его внутреннего склада. Его по-прежнему больше привлекала работа, чем светская жизнь, к которой он относился сдержанно и даже с некоторой иронией.

Уже в юности проявились черты, которые позднее будут определять его характер: ясность мышления, прямота и внутренняя цельность. В одном из семейных писем о нём говорилось: «за всю свою жизнь он ничем не огорчил», — редкая характеристика, особенно для человека, которому предстояло жить в сложную эпоху.

Сохранились и свидетельства современников. Земский врач Тимофей Гаврилов, встречавшийся с Самариным в молодые годы, отмечал его как человека исключительной работоспособности, находчивости и практичности. Он не стремился производить впечатление, но именно этим и выделялся — спокойствием, вниманием к людям и умением слушать. Эти качества особенно ценились в земской среде, где приходилось иметь дело с реальной жизнью, а не с отвлечёнными рассуждениями.

После окончания университета в 1891 году Александр Дмитриевич начал службу, отбыв воинскую повинность, а затем заняв должность земского начальника. Эта работа требовала постоянного контакта с населением, решения хозяйственных и социальных вопросов, участия в судьбах конкретных людей. Именно здесь, вне столичных кругов, окончательно формировалось его понимание служения — как практической, ежедневной работы.

Позднее он стал уездным предводителем дворянства. Несмотря на высокий статус, он не замыкался в сословной среде. По воспоминаниям современников, он одинаково легко общался с представителями своего круга и с простыми людьми, умел поддержать, дать совет, помочь в трудной ситуации. Это умение объясняло ту доверительность, которая складывалась вокруг него и сохранялась на протяжении всей жизни.

В конце 1890-х годов он познакомился с Верой Саввишной Мамонтовой — дочерью известного мецената Саввы Ивановича Мамонтова. Вера Мамонтова известна как героиня картины Валентина Серова «Девочка с персиками», ставшей одним из символов русской живописи конца XIX века.

🔗 «Девочка с персиками» и её любовь к Приволжью

Их знакомство произошло на почве общих интересов — образовательной и общественной работы. Вера Мамонтова активно участвовала в деятельности, связанной с обучением детей, и именно это сблизило её с кругом Самариных.

И несмотря на финансовое благополучие Мамонтовых, отец А. Д. Самарина — Дмитрий Фёдорович, был против этого брака, стоя на позициях консерватизма, поэтому Александр и Вера несколько лет находились в тягостном состоянии. Было время, когда даже писать они друг другу не считали возможным. Но в конечном итоге, спустя год после смерти Д. Ф. Самарина, мать Александра Дмитриевича благословила сына и 26 января 1903 года они повенчались, А. Д. Самарину было уже 35 лет, а Вере 28.

В конце 1902 года слух о предстоящем замужестве Веры Мамонтовой полетел по Москве. Достиг он и васнецовского дома. Молва твердит, что лучшего жениха для неё не придумать. Она счастлива, мать рада, рад и друг их Виктор Михайлович Васнецов, который в кругу своей семьи шутит, что будет после свадьбы навещать Елизавету Григорьевну и вместе с ней радоваться, что старшей дочери нет в доме. Он готовит обещанный свадебный подарок. Портрет потом будет всегда висеть в кабинете А. Д. Самарина. Вот два свидетельства из письма, тогда гимназиста, Михаила Викторовича Васнецова к брату Алексею Викторовичу в Крым:

«Сейчас были Мамонтовы: мамаша и дочки; они спешили куда-то и ничего интересного не рассказали насчёт главного. Верушка так и сияет счастьем, свадьба, кажется, будет 26-го января; теперь они на несколько дней уезжают в Абрамцево.» (М. В. Васнецов — А. В. Васнецову, 28.12.1902. Москва. // Архив О. А. Васнецовой.)

Свадьба состоялась в 1903 году в Москве. В. М. Васнецов писал тогда: «Исполнилось заветное сердечное желание Веруши, достойной истинного, полного счастья. Встретить человека по сердцу, отвечающего душевному идеалу, в жизни так трудно и не всякому дано. Радуемся за них обоих». (Поддубная Р. П. Самарины. – Самара, 2008. С. 497.)

Молодые Самарины провели медовый месяц на острове Корфу, а затем поселились в особняке в г. Богородске (ныне Ногинск), где Вера Саввишна сразу включилась в общественную деятельность мужа.

Их совместная жизнь оказалась короткой: они прожили в счастливом браке всего 5 лет, за это время Вера успела родить троих детей, — Юрия, Елизавету и Сергея. В 1907 г. при поездке в Абрамцево на рождественские праздники, проездом Самарины остановились в Москве, в своём доме на Поварской и там Вера Самарина умерла от воспаления лёгких. Дети остались на попечении тёти, младшей сестры Веры, — Александры Саввишны.

«Они так счастливо жили вместе, так уютно у них было в Богородске, что невольно, побывав у них, делалось как-то светлее на душе…» — вспоминл В. Ф. Джунковский.

Александр Дмитриевич больше не женился. Боль от утраты была так глубока, что даже с детьми он долгое время не мог говорить о жене.

В 1908 году Александр Дмитриевич был избран московским губернским предводителем дворянства. К этому времени он уже имел репутацию человека уравновешенного, деятельного и надёжного. Его работа не сводилась к представительским функциям. Самарин участвовал в благотворительных и попечительских делах, занимался вопросами народного образования, входил в Московский епархиальный училищный совет, был связан с тюремным попечением и учреждениями ведомства императрицы Марии. В 1912 году он стал членом Государственного совета.

В годы Первой мировой войны его деятельность приобрела особенно широкий размах. С 1915 года Самарин был главноуполномоченным Российского общества Красного Креста по эвакуации во внутренние районы империи. Это была огромная организационная работа, связанная с лазаретами, санитарными поездами, размещением раненых и координацией помощи. Современники вспоминали, что в эти годы он работал почти без отдыха, а дом Самариных оказался тесно связан с нуждами военного времени.

5 (18) июля 1915 года Александр Дмитриевич был назначен обер-прокурором Святейшего синода. Это назначение многие связывали с надеждой на оздоровление церковного управления в один из самых тяжёлых периодов поздней империи. Самарин вступил в должность, прекрасно понимая, насколько опасным будет его положение. Накануне назначения он в личной беседе с Николаем II открыто говорил о недопустимом влиянии Григория Распутина на церковные и государственные дела. Эта прямота быстро сделала его фигурой неудобной. Уже в сентябре 1915 года он был отправлен в отставку.

Однако и краткое пребывание Самарина на посту обер-прокурора оставило заметный след. Он выступал за укрепление церковной дисциплины, за созыв Поместного собора и за освобождение церковной жизни от закулисного давления. Его отставка была воспринята современниками как победа тех самых «тёмных сил», о которых тогда говорили в обществе. Московская городская дума выразила ему сочувствие, а Московская духовная академия избрала его своим почётным членом, подчеркнув, что он служил Церкви «самоотверженно и с ревностью».

После отставки Самарин не ушёл в частную жизнь. Он продолжил работу в Красном Кресте, а в конце 1916 года был избран председателем Постоянного совета объединённых дворянских обществ. Уже после Февральской революции он оказался в числе тех, кто стремился сохранить церковную жизнь в условиях распада старой государственной системы. В 1917 году его кандидатура была выдвинута на Московскую митрополичью кафедру. Этот случай был беспрецедентным: одним из кандидатов на столь высокий церковный пост стал мирянин. В первом голосовании Самарин получил столько же голосов, сколько и архиепископ Тихон, будущий патриарх. В окончательном голосовании победил Тихон, но сам факт такого выдвижения показывает, каким высоким было доверие к Самарину в церковной среде.

В 1917–1918 годах Александр Дмитриевич участвовал в работе Поместного собора Русской православной церкви. С января 1918 года он возглавлял Совет объединённых приходов Москвы. Именно в этот период окончательно определилась его позиция: он последовательно защищал права Церкви и считал недопустимым насильственное разрушение её места в общественной жизни. В марте 1918 года он возглавил депутацию, вручавшую наркому юстиции Дмитрию Курскому декларацию Собора по поводу декрета об отделении церкви от государства.

Летом 1918 года положение Самарина стало опасным. Под угрозой ареста он был вынужден покинуть Москву и некоторое время находился в Оптиной пустыни. 25 сентября 1918 года его арестовали в Брянске. Затем последовали орловская тюрьма-изолятор, Лубянка и Бутырская тюрьма. Даже в заключении он не терял присутствия духа: на Пасху 1919 года участвовал в тюремном богослужении и руководил импровизированным хором. Весной 1919 года он был освобождён, но ненадолго.

15 августа 1919 года Самарина арестовали вновь, уже по делу Совета объединённых приходов Москвы. Он стал одним из главных обвиняемых на открытом процессе. На суде Александр Дмитриевич держался спокойно и мужественно. В своём последнем слове он говорил, что этот процесс является не только его личным делом, но и процессом «за Бога» и «против Бога». В 1920 году ему был вынесен смертный приговор, который затем заменили тюремным заключением. Это решение не сломило его. Даже в тюрьме он продолжал работать, помогал в педагогической части и сохранял ту же внутреннюю собранность, которая отличала его всю жизнь.

После освобождения Александр Дмитриевич некоторое время жил в Абрамцеве. В эти годы он содействовал становлению усадьбы как музея, что тоже выглядит вполне в его характере: даже после тюрьмы он возвращался не к покою, а к делу, связанному с сохранением культурной памяти. С 1922 года он был связан с музейной работой в Абрамцеве.

30 ноября 1925 года Самарина вновь арестовали. В 1926 году Особое совещание при коллегии ОГПУ приговорило его к трём годам ссылки в Сибирь по делу так называемого «Даниловского синода». С сентября 1926 года он находился в Якутске, затем был переведён в Олёкминск. Даже там Самарин продолжал работать: преподавал немецкий язык, занимался переводами, помогал в библиотеке, участвовал в богослужениях. По воспоминаниям близких, ссылка не изменила его по существу: он по-прежнему оставался человеком строгой внутренней дисциплины, молитвы и труда.

После окончания ссылки, в 1929 году, Александр Дмитриевич поселился в Костроме. Здесь он служил чтецом, певцом и регентом в храме Всех Святых. Весной 1931 года его арестовали в последний раз, но вскоре освободили. Последний период жизни он провёл в бедности, под надзором, без прежнего положения и чинов, но с сохранённым достоинством. Умер Александр Дмитриевич Самарин 30 января 1932 года в Костроме, в день своего рождения. Похоронен он был на Александро-Невском кладбище, которое впоследствии было уничтожено.

Память о Самарине была официально восстановлена только спустя десятилетия. В 1989 году он был реабилитирован. В Костроме в 2018 году на месте бывшего Александро-Невского кладбища установили памятный крест в его честь. Но для Приволжского района его имя важно не только как имя государственного и церковного деятеля, прошедшего через аресты, ссылку и тюрьмы. Важно и то, что один из самых цельных людей своей эпохи был связан с Васильевским, с Волгой, с заволжской землёй, которая вошла в его жизнь ещё в детстве и осталась в ней навсегда.

Прокопов Анатолий Михайлович (28.08.1938–21.07.2024) — ветеран труда, депутат, «Почётный гражданин Приволжского района», «Почётный гражданин сельского поселения Обшаровка».

В судьбе каждого населённого пункта есть люди, имена которых прочно входят в сельскую историю. И в большинстве случаев связано это с их трудовой деятельностью.

К плеяде таких личностей на территории Приволжского района относится и Анатолий Михайлович Прокопов, почётный гражданин сельского поселения Обшаровка. 28 августа 2023 года он отпраздновал свой 85-летний юбилей. За несколько дней до этого события Н. Самуткина из редакции газеты «Приволжский вестник» встретилась и побеседовала с Анатолием Михайловичем.

Уютный дом с табличкой «Здесь живёт почётный гражданин села Обшаровка», ухоженный огород с ровными, чистыми грядками овощей — во всём чувствуется порядок. Анатолий Михайлович гостеприимно ведёт нас в дом, в котором тот же уют и порядок.

Помню, моя бабушка говорила: «Посмотри, что у крыльца и в огороде, и поймёшь, какой человек в доме живёт». В этом доме живёт человек, о котором многие в Обшаровке говорят только хорошее: порядочный, принципиальный, честный, открытый, готовый на помощь.

Общий трудовой стаж на руководящих должностях — 42 года. Он и сейчас делится своим опытом с молодыми кадрами.

– В чём секрет хорошего руководителя? – спросила я у собеседника. «Нужно в любой ситуации оставаться человеком. — был его ответ. — Какие бы высокие ты ни занимал посты, люди будут помнить прежде всего это».

Жизнь моя — Обшаровка

Вся жизнь героя нашего очерка неразрывно связана с Приволжским районом и его живописным селом на берегу Волги — Обшаровкой. Здесь он родился, окончил школу, трудится.

Анатолий Михайлович из того поколения, которое не воевало, но обожжено пламенем и бедами войны. «Помню, как папа с войны пришёл — его в 1943 году комиссовали по ранению. Мне тогда 6 лет было. Шинель помню длинную, и правого глаза нет. Инвалидом был, но сразу работать пошёл — у нас отсиживаться не принято было. Сначала работал на скотобойне — мясо на фронт отправляли, потом перешёл в пекарню. Так и работал пекарем, пока не закрыли пекарню».

О маме мой собеседник вспоминает тепло, с любовью. Во время войны, как и отец, работала она в колхозе «Большевик» приёмщицей молока на ферме — экономкой называлась должность эта тогда. Часто брала она сына с собой на стан, куда отгонялись на лето коровы.

Анатолий Михайлович вспоминает нелёгкое время — время своего детства, вздыхает:

«Трудно было. Весной мы, пацаны, на речке пропадали — она кормила нас. Дикий лук, суслики. Правду сказать, я так и не смог их есть, как бы голодно ни было. Райским временем для нас было лето: у Волги еда, лес рядом, за речкой, где сейчас Дом культуры, сады были брошенные. Работали мы тогда по дому много. Обязанностью мальчишек, например, был полив огородов. Пока не польём, на улицу не шли. А тогда у нас огромные капустники — огороды — вдоль плотины были. Ну и, конечно, корову из табуна встретить — обязательно».

В 1946 году Анатолий поступил в первый класс. Он с благодарностью вспоминает своих первых учительниц — маму и дочь Смирновых М. П. и З. В. «Это они на путь истинный меня наставили», – говорит он. После окончания школы, в 1954 году, все мальчишки класса поступили в Обшаровское СПТУ №6, чтобы стать механизаторами. Мечта у мальчишек была — стать целинниками, принести пользу стране, вот и сговорились вместе уехать, получив специальность. «Правда, не у всех получилось эту мечту осуществить, — говорит мужчина. — Часть выпускников, среди которых оказался и я, оставили в районе». Начались трудовые будни. Два года до армии работал шестнадцатилетний подросток на прицепном комбайне «Сталинец-6». Нелёгкий, надо сказать, труд. Но сдаваться — не в правилах нашего героя.

Организаторские способности Анатолия Михайловича заметило армейское командование. Годичная полковая школа, сержант, командир отделения, заместитель командира взвода — его служебные ступени в армии. Там же он стал кандидатом в члены КПСС, окончил годичную партийную школу. «В ряды КПСС вступил я уже после службы, осознанно, по зову сердца», — говорит А. М. Прокопов.

Возвращение. Рабочие будни

Дома, в Обшаровке, ждал Анатолия элеватор. С 1960 года, больше десяти лет трудовой жизни, отдано ему: сначала — сушильный мастер, три года — главный инженер и восемь лет — директор.

Елизаров Марк Тимофеевич (22.03.1863 – 10.03.1919) — российский революционер, советский государственный деятель, первый народный комиссар путей сообщения РСФСР (1917—1918), зять В. И. Ленина.

Марк Тимофеевич Елизаров родился в Бестужевке Самарского уезда в крестьянской семье. Отец будущего революционера был уважаемым человеком в приспосабливавшемся после отмены крепостного права к новому укладу жизни селе, многократно избирался в старосты.

Юный Марк окончил начальную школу в соседнем селе Обшаровке и затем гимназию в Самаре, после чего в 1882 году поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Уже с гимназических лет увлёкся народничеством, в столице вошёл в самарское землячество, участвовал в его кружке по изучению истории крестьянства. В годы учёбы сблизился с Александром Ульяновым и его сестрой Анной, на которой в итоге женился.

🔗 Как Ленин в Бестужевку плыл: погоня за лодкой и суд над купцом Арефьевым

После выпуска в 1886 году работал на канцелярских должностях в Самаре и Москве, в 1893 году перешёл к активной революционной деятельности, примкнул к социал-демократам. В августе 1901 года за участие в работе Московского социал-демократического комитета Елизаров был арестован и выслан на два года в Сызрань.

В революционном 1905 году в Петербурге входил в Оргбюро 1-го Всероссийского съезда железнодорожников и руководил Узловым забастовочным комитетом, за что был арестован и вновь выслан в Сызрань, где устроился в газеты «Сызрань» и «Сызранское утро».

В 1906 году переехал в Самару, где вошёл в городской комитет РСДРП. В 1908 году встречался за границей с братом жены В. И. Лениным, с 1909 года работал в страховом обществе «Саламандра», которым в качестве разъездного агента в конце августа — начале сентября был направлен в Саратов, куда приехал вместе с женой Анной Ильиничной Ульяновой. В ожидании её матери и сестры Марии некоторое время Елизаровы не имели постоянного адреса, затем поселились на Панкратьевской улице (ныне Мичурина 66), куда к концу 1910 года приехали Мария Александровна и Мария Ильинична Ульяновы.

В Саратове сёстры Ульяновы и Марк Тимофеевич занимались восстановлением разгромленной после Первой русской революции местной парторганизации, организовывали кружки рабочих и забастовки, работали в социал-демократической «Приволжской газете».

В ночь с 7 на 8 мая 1912 года в квартире на Угодниковской улице (ныне Этнографический музей), где революционеры жили с весны 1911 года, был проведён обыск и арест сестёр Ульяновых. Елизаров в этот момент был в отъезде и в руки полиции не попал. Марк Тимофеевич выставлялся саратовскими большевиками кандидатом в Государственную думу Российской империи IV созыва, но избран не был. После освобождения Анны Ильиничны семья переехала в небольшой особняк на Царевской улице (ныне Пугачёвская 78), а в конце марта 1913 года покинула Саратов.

С марта 1916 года Елизаров работал в столице директором-распорядителем пароходного общества «По Волге», продолжал совмещать карьеру с работой в большевистских организациях. После Октябрьской революции 1917 года с 21 ноября являлся наркомом путей сообщений, с 23 марта 1918 года — главным комиссаром по делам страхования, с 22 января 1919 года — членом коллегии Наркомата торговли и промышленности.

Умер Марк Тимофеевич Елизаров 10 марта 1919 года от сыпного тифа. «Петроградская правда» писала
о нем:

«…Этот человек, старый революционер и преданный работник, оставивший в наследие плоды своих трудов на общественной ниве, служивший беззаветно делу освобождения России, отличался необыкновенной скромностью. Никогда ни слова о своей работе, только дело, только честное и неуклонное выполнение взятых на себя обязательств».

В честь Елизарова названы проспект и станция метро «Елизаровская» в Санкт-Петербурге, а также улицы в Самаре, Сызрани и Харькове. В Саратове в здании на Ульяновской улице (бывшей Угодниковской), где Марк Тимофеевич жил со своей семьёй, в 1969 году был открыт музей, частично вошедший в сменивший его Этнографический музей.

Сергачёв Николай Сергеевич (16 декабря 1946 года) — первый заместитель Главы муниципального района Приволжский Самарской области с августа 2002 года по октябрь 2020 года. Родился в селе Приволжье, получил образование учителя русского языка и литературы средней школы, первым местом работы стала Приволжская восьмилетняя школа.

Николай Сергеевич в органах исполнительной власти муниципального района Приволжский работал с 1987 года. В 1987–1990 годах — заведующий отделом образования исполкома Приволжского районного Совета народных депутатов. 

В 1990 году Сергачёв Николай Сергеевич утверждён в должности заместителя председателя исполкома Приволжского районного Совета народных депутатов (позднее — первого заместителя Главы администрации района). В круг его ответственности входили: экономика, жилищно-коммунальное хозяйство, строительство, социальная сфера, общественная безопасность.

Трудовая деятельность

Как первый заместитель Главы района курировал государственную жилищную политику. Более 120 граждан, признанных нуждающимися в улучшении жилищных условий и относящихся к льготным категориям, получили социальные выплаты на решение жилищных вопросов, среди них — ветераны Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, молодые семьи, семьи молодых специалистов.

Значительные усилия Сергачёв Н. С. направил и на развитие дорожной сети. В разные годы формировались и состоялись решения по строительству межпоселковых автодорог на участках:

В 2000–2015 годах Сергачёв Н. С. участвовал в формировании технико-экономических обоснований и оформлении инвестиционных заявочных материалов для Министерства водных ресурсов Российской Федерации с целью привлечения средств на берегоукрепление Саратовского водохранилища в границах населённых пунктов Давыдовка, Екатериновка, Приволжье, Софьино, Спасское, Фёдоровка.

Патриотическое воспитание

В своей работе Сергачёв Н. С. уделял внимание патриотическому воспитанию. Своё развитие получили такие акции как:

• районные соревнования по быстрым шахматам, посвящённые 30-летию вывода войск из Афганистана
• районный патриотический конкурс «Спасибо за Победу»
• районный смотр-конкурс строя и песни «Аты-баты»
• «День призывника»
• учебно-тренировочные сборы
• акция по вручению паспортов «Мы — граждане России»
• акции, посвящённые дням государственных праздников: День России, День флага РФ, День народного единства и День конституции
• акции, приуроченные ко Дню Победы: «Бессмертный полк», «Ветеран живёт рядом», «Чужой могилы не бывает», «Георгиевская ленточка», вахта памяти Пост №1 «Этих дней не смолкнет слава», велопробег в сельских поселениях района.

Общественная безопасность

Николай Сергеевич возглавлял районную комиссию по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности, организовывал разработку нормативных правовых актов в этой сфере деятельности органов местного самоуправления района.

В 2012 году по его инициативе были организованы добровольные пожарные команды в сельских поселениях Давыдовка, Новоспасский, решены вопросы их размещения, обеспечения пожарной техникой, коммунальными услугами и средствами связи. В 2015 году Н. С. Сергачёв разработал нормативные документы для создания в сельских поселениях общественных организаций правоохранительной направленности — народных дружин.

Николай Сергеевич имеет следующие награды:

• Медаль «За заслуги в проведении Всероссийской переписи населения», 2002 г., 2006 г., 2012 г.
• Медаль «За заслуги в проведении Всероссийской сельскохозяйственной переписи населения», 2006 г.
• Почётная грамота Главы муниципального района Приволжский Самарской области, 2006 г., 2008 г., 2010 г., 2014 г.
• Почётная грамота Собрания представителей муниципального района Приволжский Самарской области, 2014 г.
• Почётная грамота Губернатора Самарской области, 2011 г.
• Диплом Самарской Губернской Думы Самарской области, 2011 г.
• Почётный знак «Заслуженный работник органов местного самоуправления Самарской области, 2015 г.
• Почётный знак «За труд во благо земли Приволжской», 2020 г.

Дмитрий Фёдорович Самарин (12 сентября 1831 года – 2 де­кабря 1901 года) — общественный деятель, исто­рик, публицист, крупный землев­ладелец в Московской, Самарс­кой и Симбирской губерниях, ти­тулярный советник.

Закончил историко-филологи­ческий факультет Московского университета. С 1852 года служил в Уфе столоначаль­ником по хозяйственной части.

После смерти Ф. В. Самарина совместно со старшим братом Юрием Фёдоровичем получили в наследство Васильевское имение на Волге.

Участвовал в подготов­ке и проведении реформы 1861 года, был мировым посредником третьего участка Самарского уезда.

Верным другом и добрым надёжным помощником Дмитрия Фёдоровича была жена Варвара Петровна Ермолова (1832–1906), дочь участника Отечественной войны 1812 года генерала Петра Николаевича Ермолова. Женился в 1857 году, свадьба состоялась в Москве, после венчания молодые отправились в Измалково. Часто ездили за границу, Дмитрий Фёдорович внимательно присматривался к способам ведения полеводства и животноводства.

Хозяйство в имении Васильевском

С 1860 года самостоятельно вёл хозяйство в Васильевском. Про­должая дело, начатое отцом, за­нимался селекцией. По­купал племенных овец в Силезии и Саксонии.

На экстренном засе­дании Московского общества сельского хозяйства 6 марта 1869 года, посвящённом проблемам развития тонкорунного овцевод­ства, владельцы суконных фабрик и торговцы шерстью признали, что образцом суконной шерсти могут служить для них шерсти Самарина.

Овечьим заводом в Васильевс­ком руководил В. И. Зазворка, прежде служивший на овечьем за­воде у графа Туна в Западной Че­хии.

Варвара Петровна сделала всё, чтобы в доме было уютно и удобно. Рожать детей (а их было семь человек) ездила в Москву. Когда дети стали подрастать, Варвара Петровна пригласила для них гувернантку, француженку.

Самарину удалось добиться повышения урожайности зерно­вых. Применяя новую агротехни­ку, он получил высокий урожай пшеницы. За пшеницу Египетку, посланную Дмитрием Фёдорови­чем из Васильевского на Парижс­кую выставку, ему была присуж­дена золотая медаль.

В рациональном ведении хо­зяйства Самарину помогал уп­равляющий имением О. О. Кра­мер, имевший высшее агрономическое образование. Он окончил курс в Пражском политехникуме. Заведующий конторой, находив­шейся между с. Васильевским и с. Спасским, и два приказчика окончили земледельческие учили­ща.

В 1882 году Дмитрий Фёдоро­вич написал монографию о Ва­сильевской экономии для первого «Сборника статистических све­дений по Самарской губернии» и помог будущему крупному ста­тистику России, выдающемуся учёному А. Ф. Фортунатову на месте подробно ознакомиться со своим хозяйством.

После смерти Ю. Ф. Самарина в 1876 году к Дмитрию Фёдоровичу перешло более 30 тысяч десятин земли при сёлах Спасское, Ва­сильевское, Аннино, Владимирс­кое, деревня Дубровка Самарского уезда. В с. Вязовке Сызранского уезда Симбирской губернии у него было 8155 десятин. Большая часть земли была передана в об­щества крестьян этих сёл и уез­дному земству.

Будучи многие годы гласным Московского губернского зем­ского собрания, членом Московс­кой городской думы, Д. Ф. Сама­рин специализировался на учеб­ном деле. В конце 70-годов осо­бое внимание уделял организа­ции городских начальных школ. Дмитрий Фёдорович в дар подарил Самарскому уездному земству построенную на его средства в с. Спасском больницу с надворными постройками. Содержал училища Спасское, Озерецкое, Владимирское.

В 1875 году Д. Ф. Самарин был избран почётным мировым судьёй по Самарскому уезду.

Деятельность публициста

Как публицист, Д. Ф.Самарин начал выступать рано. Сотрудни­чал во многих журналах, высту­пал в защиту славянофильства. Особенно активно он участвовал в изданиях И. С. Аксакова «Мол­ва», «День», «Русь», «Москва», «Современная летопись» и дру­гих.

В течение нескольких лет он вёл огромную работу по подготовке к изданию собрания сочинений Ю. Ф. Самарина. Его талант глу­бокого исследователя, серьёзного аналитика ярко проявился в дово­льно обширных тематических предисловиях к десяти томам со­чинений Ю. Ф. Самарина, изданных в 1877–1911 годах.

Кроме этого, Дмитрий Фёдоро­вич подготовил к изданию пере­писку Ю. Ф. Самарина с баронес­сою Э. Ф. Раден (1861–1876), кото­рая вышла в Москве в 1893 году. Большая работа была проведена по сбору материалов для издания «Переписки Ю. Ф. Самарина с А. И. Герценом» («Русь», 1883, №1–2), он же является и автором брошюры «Поборник вселенской правды» (Спб., 1890 г.). Более крупные статьи Д. Ф. Самарина — «Уставная грамота и оброчная подать» («День») и «Передел об­щинных полей» («Современные известия»).

В семье Самариных росло семе­ро детей. Зимой жили в Москве в Леонтьевском переулке (в доме, где сейчас находится музей А. К. Станиславского), а в начале 70-х годов Дмитрий Фёдорович купил дом на Поварской, 38, где удоб­но, на многие годы, разместилась вся его большая семья.

Все пятеро сыновей окончили Московский университет и сыгра­ли немалую роль в общественной жизни России, в развитии истори­ческой науки и просвещения.

На лето дружная семья Сама­риных приезжала в Васильевское.

В 1885 году по проекту архитек­тора М. А. Дурнова в Васильевс­ком, на крутом берегу Волги, был построен большой дом-дворец и целый комплекс хозяйственных и других построек, среди них — школа имени Ю. Ф. Самарина. Но, к великому сожалению, сохранить этот памятник истории и культуры до наших дней не удалось в связи со строительством Балаковской ГЭС и Саратовского водохранилища, Совет народных депутатов в 1966 году выдал разрешение разрушить постройки. До наших дней дошли только часть ограды усадьбы и людская.

Спасское училище имени Юрия Фёдоровича открыто в 1876 году. 2 декабря 1901 года Дмитрий Фёдорович скоропостижно скончался. Ушёл из жизни последний из сыновей Фёдора Васильевича Самарина. О каждом из них можно сказать: «И жизни след оставил свой» У Юрия, Александра, Владимира, Николая, Петра — не было детей. Одному из них, а именно Дмитрию Фёдоровичу уготовила ещё важную миссию — он единственный из пятерых сыновей стал продолжателем замечательного древнейшего рода Самариных.

Пётр Фёдорович Самарин (1830 год ­­­– апрель 1901 года) — общественный деятель, зем­левладелец Самарской, Московс­кой и Тульской губерний, дей­ствительный статский советник.

Получил прекрасное домаш­нее образование. Закончил юри­дический факультет Московского университета, кандидат наук.

С 1852 года служил в Уфе чиновником особых поручений. Во время Восточной войны был в ополчении, подпоручиком стрел­кового батальона сражался в Крыму. Участник подготовки и проведения крестьянской рефор­мы 1861 года, первый мировой посредник Богородского уезда Московской губернии. Его крестьяне получили гораздо большие наделы, чем указыва­лось в Положении 19 февраля 1861 года.

В 1876–1879 годах — тульский губернский предводитель дво­рянства.

Старый знакомый Л. Н. Тол­стого, П. Ф. Самарин переписы­вался с ним, бывал у него в Яс­ной Поляне. Был знаком с И. С. Тургеневым.

Женат на Александре Павлов­не Евреиновой, дочери Павла Александровича Евреинова, двоюродного дяди М. Ю. Лермонтова.

История семьи Самариных и Васильевского имения представлена на странице «Усадьба Самариных в Приволжье».

Николай Фёдорович Самарин (25 июня 1829 года ­­– 19 января 1892 года) — историк, общественный дея­тель, землевладелец в Московс­кой, Самарской и Уфимской гу­берниях, тайный советник.

Получив прекрасное домашнее образование, учился на юридическом факультете Московского университета. После успешно­го его окончания в 1850 году вы­ехал в Тифлис, где был зачислен в канцелярию наместника на Кав­казе генерала-фельдмаршала М. С. Воронцова.

Затем служил в статистическом комитете министерства внутрен­них дел, был чиновником особых поручений при обер-прокуроре Святейшего Синода. Участвовал в осуществлении крестьянской реформы, в 1861–1866 годах был мировым посредником Богород­ского уезда. В 1869 году избран предводителем дворянства этого уезда на три года и избирался на этот пост вплоть до 1884 года; по­четный мировой судья.

Член общества истории и древ­ностей, Российских при Московс­ком университете, Н. Ф. Самарин был известен как неутомимый собиратель древних документов и материалов. За многие годы им была собрана богатейшая кол­лекция памятников по русской истории, которые он приводил в систему, занимался их научным описанием.

Н. Ф. Самарин часто публико­вал документы и комментарии к ним в книгах «Чтений общест­ва истории и древностей Рос­сийских» и в журнале «Русский архив». Большой научный и познавательный интерес и се­годня представляет его публи­кация переписки графа В. А. Зу­бова со своим братом светлей­шим князем, последним фаво­ритом Екатерины II.

В нескольких номерах «Север­ной пчелы» за 1862 год опублико­ваны очерки Н. Ф. Самарина «Пя­тигорск и Кисловодск» и весьма любопытные «Дорожные заметки от Пятигорска до Серебряковской пристани Каспийского моря». Им написана и глава, посвященная своему деду Ю. А. Нелединскому -Мелецкому для книги «Хроника недавней старины», подготовленной к пе­чати в 1876 году П. Ф. Самари­ным.

В 1883 году Н. Ф. Самарин при­обрел за 90 тысяч рублей земли в Бирском уезде Уфимской губер­нии, так называемую Белоключевскую малую дачу, а через 6 лет продал это имение купцу Са­харову.

Женат на Екатерине Николаев­не Рахмановой, дочери майора Н. А. Рахманова, имевшего земли в среднем течении реки Уфы.

Владимир Фёдорович Самарин (27 ноября 1827 года – 19 янва­ря 1891 года) — сын Фёдора Васильевича Самарина.

Получил хорошее домашнее образование, закончил истори­ко-филологический факультет Московского университета. В 1852 году сразу после его оконча­ния выехал в Симбирск, куда был назначен чиновником осо­бых поручений при губернаторе П. Д. Черкасском.

Во время Восточной войны 1853–1855 годов участвовал в обороне Севастополя, в день от­ступления был ранен навылет в обе ноги, лечился в Московском госпитале. После выздоровления вновь служил в армии, был по­ручиком гусарского полка.

В детские годы и в юности бы­вал в с. Васильевском, сюда в 1849 и 1850 годах Ф. В. Самарин от­правлял Владимира «учиться хо­зяйству» под руководством уп­равляющего П. Я. Воронкова.

🔗 Воронковы: люди, на которых держалось имение Самариных

В. Ф. Самарин бывал на нашей земле и в зрелые годы.