История-блог

Как Ленин в Бестужевку плыл: погоня за лодкой и суд над купцом Арефьевым

На рубеже весны и лета 1892 года 22-летний Владимир Ульянов и Марк Елизаров ехали через Сызрань в Бестужевку. Они наняли лодку, но посреди Волги их настиг пароход содержателя переправы Александра Арефьева. Пассажиров силой вернули к пристани. На этом история могла закончиться, как заканчивалась прежде для многих, но Ульянов записал имена свидетелей и подал жалобу.

Дорога в Бестужевку

Весной 1892 года Владимир Ульянов жил в Самаре и только начинал юридическую практику. Вместе с Марком Тимофеевичем Елизаровым, мужем своей старшей сестры Анны, он отправился в Сызрань. Оттуда путники собирались добраться до Бестужевки, где жил брат Марка — Павел Тимофеевич Елизаров.

Для продолжения пути нужно было переправиться на левый берег Волги. В районе села Батраки перевоз содержал богатый самарский купец Александр Николаевич Арефьев. Его небольшой пароход ходил с баржей, на которой перевозили пассажиров, лошадей и повозки.

Само право содержать перевоз не позволяло купцу задерживать чужие лодки. Однако, по воспоминаниям Дмитрия Ульянова — младшего брата В. И. Ленина — и газетным материалам, Арефьев воспринимал переправу как собственную монополию. Если частный лодочник брал пассажиров, люди купца догоняли лодку и возвращали её к пристани.

Пароход выходит в погоню

Один из лодочников всё же согласился перевезти путников. В очерке «Из моих воспоминаний о Владимире Ильиче Ленине», опубликованном в «Правде» 1924 года, Дмитрий Ульянов передал выразительную сцену: увидев земляка Елизарова в лодке, Арефьев крикнул с балкона:

— Бросьте, Марк Тимофеевич, эту затею. Идите лучше со мной чай пить и знакомого вашего ведите. Всё равно поедете на пароходе, велю вас воротить.

Лодочник тоже не сомневался в исходе:

— Всё равно воротит, зря едем.

— Да поймите вы, — возразил Ульянов, — что он не имеет права этого делать!

Лодка отошла от берега. Вскоре следом направился пароход Арефьева.

Матросы настигли лодку, баграми подтянули её к борту и потребовали, чтобы пассажиры перешли на пароход. После этого пассажиров вернули к сызранской пристани. Владимир Ульянов возражал: даже действительное право на перевоз не давало Арефьеву права силой задерживать людей.

Капитан сослался на распоряжение хозяина. Путникам пришлось подчиниться и вернуться к пристани. Противостояние на реке было проиграно, но Ульянов сразу записал имена штурмана, служащих, лодочника и других свидетелей.

«Финал арефьевского дела»

Через несколько дней после возвращения в Самару Ульянов подал жалобу земскому начальнику 2-го участка Сызранского уезда. Дело возбудили не из-за самой платной переправы, а из-за самовольного задержания лодки и пассажиров.

Современная происшествию печать позволяет восстановить ход разбирательства точнее поздних воспоминаний. «Самарская газета» сообщала, что дело слушалось дважды — 15 июня и 25 сентября 1892 года. Обвиняемыми стали Арефьев и штурман его парохода А. Семёнов.

На первое заседание Арефьев не явился. Его представлял частный поверенный Н. А. Ильин. Защита последовательно утверждала, что штурман действовал сам, что распоряжение мог отдать брат купца, что лодки велела задерживать полиция и, наконец, что Арефьев имел исключительное право на перевоз.

Последний довод не менял сути обвинения. Даже законное право нельзя было защищать самовольным задержанием чужой лодки.

Однако защитник попросил время, чтобы представить документы о монополии на перевоз, и разбирательство отложили.

25 сентября Ульянов снова приехал из Самары. Арефьев и его поверенный опять не явились, обещанные документы суду не представили. По настоянию обвинителя дело рассмотрели заочно. Земский начальник назначил Александру Арефьеву один месяц ареста, а штурману Семёнову — одну неделю.