Фёдор Андреевич Давыдов (1760–1837) — дворянин, полковник, кавалер ордена Св. Анны 2-й степени, помещик, основатель села Давыдовка (Красный Затон).
Фёдор Андреевич принадлежал к старинному дворянскому роду Новгородской губернии. По исследованиям Михаила Дмитриевича Афанасьева (директора Государственной публичной исторической библиотеки, потомка Давыдовых), род ведётся от потомков Чингисхана. В усадьбе Гремятицы Боровичского уезда за семьёй числилось всего 7 душ — скромно, но достаточно для дворянского статуса.
В 1780 году Давыдов поступает сержантом в «Морские солдатские батальоны» в Кронштадте. В том же году его производят в каптенармусы (заведующий оружием и боеприпасами в полку), и он отправляется в плавание на корабле «Рейсъ и море» до итальянского Ливорно.
Казалось, карьера моряка предопределена, но в 1785 году Ф. А. Давыдова переводят вахмистром в Лейб-Кирасирский полк, входивший в состав Гатчинских войск цесаревича Павла Петровича.
Именно в Гатчине он обратил на себя внимание будущего императора. Карьера идёт в гору:
1785 — корнет,
1788 — поручик (в этом же году участвует в Шведском походе в Лифляндии),
1792 — ротмистр,
1794 — секунд-майор,
1796 — премьер-майор.
8 ноября 1796 года, уже после восшествия Павла I на престол, Давыдова производят в подполковники с переименованием «чин в чин» в элитный Кавалергардский полк. В награду он получает орден Святой Анны 2-й степени и щедрое пожалование — 1000 душ крестьян в Моршанском уезде (имение Спасское при селе Кулеватово Тамбовской губернии) и 10 000 десятин земли.
Всего через два месяца, 1 января 1797 года, Фёдор Андреевич уже полковник. Однако стремительный взлёт сменяется падением. Давыдов заведовал хозяйством кавалергардских эскадронов. При сдаче дел маркизу де Отишану возникли некоторые затруднения. Когда кавалергардские части расформировали, полковника Давыдова уволили со службы — это случилось 1 октября 1797 года.
Выйдя в отставку, Давыдов переехал в Тамбовскую губернию. Полученное имение он привёл в «блистательное состояние»: прикупил соседние земли, построил каменную церковь, огромный каменный дом, разбил парк и сады, возвёл две мукомольные мельницы. По воспоминаниям потомков, кулеватовская усадьба напоминала «городок» с тридцатью комнатами, флигелями, конторой, больницей, мастерскими, конным и скотным дворами, манежем, аптекой и даже собственной библиотекой, особенно богатой французской литературой.
Энергичного и рачительного хозяина трижды избирали Моршанским уездным предводителем дворянства — в 1801, 1825 и 1828 годах. Это был знак высочайшего доверия местного дворянского общества.
Краевед В. П. Пешков в своём очерке «Муз прилежный обожатель…» в сборнике «Собеседник» (Воронеж, 1971) и в двух изданиях книги «Страницы прошлого читая…» (Воронеж, 1972, Тамбов, 2004) пишет о Ф. А. Давыдове: «…гвардии полковник в отставке, участник наполеоновских войн, приятель прославленного русского поэта В. А. Жуковского».
Волжское имение: рождение Красного Затона
В 90-х годах XVIII века в руки Давыдова перешли земли, пожалованные некогда Екатериной II тайному советнику А. М. Рачинскому: 3402 десятины 388 саженей (около 4500 гектаров) на Луговой (левой) стороне Волги в Хвалынском уезде Саратовской губернии.
К тому времени Давыдов уже бывал в Поволжье — участвовал в действиях против пугачёвцев в конце 1770-х — и хорошо знал этот благодатный край. Он решил перевести сюда крестьян из своих тамбовских деревень.
Так родилось сельцо Красный Затон (Давыдовка). Недалеко от Волги, на берегу Безымянного озера, вырос деревянный одноэтажный барский дом с большими окнами на юго-восток и длинной галереей, откуда открывался вид на озеро.
Рядом выстроились в две линии крестьянские избы, надворные постройки. Крестьяне поднимали целину, заложили фруктовый сад.
Сам Фёдор Андреевич в Красном Затоне жил лишь наездами, предпочитая обустроенное тамбовское имение. Тем не менее именно он — основатель этого населённого пункта, заложивший его планировку и хозяйственную основу.
В 1824 году Фёдор Андреевич Давыдов продал сельцо Красный Затон саратовскому дворянину Ефрему Любимовичу Пустошкину. Именно Пустошкин переехал сюда на постоянное жительство и развернул активную хозяйственную деятельность.
Семья и потомки: связь с Толстым, Лермонтовым и героями 1812 года
Фёдор Андреевич был женат на Дарье Дмитриевне Купиной, дочери новгородского купца. Их сын Василий (1777–1812) умер молодым.
Однако внук, камер-юнкер Василий Васильевич Давыдов (1809–1858), женился на фрейлине княжне Софье Андреевне Оболенской — дочери попечителя Московского учебного округа. Благодаря этому браку Давыдовы породнились с героями 1812 года: сёстры Софьи Андреевны были замужем за генералом Д. С. Дохтуровым и князем А. Ф. Щербатовым.
Именно в доме Василия Васильевича и Софьи Андреевны в Кулеватове в 1844 году гостил Иван Сергеевич Аксаков, оставивший восторженное описание усадьбы:
«Люди они очень богатые… Едят просто гастрономически… Дом огромный и тёплый… В саду у них протекают две реки — Цна и Челновая! Вот роскошь-то!»
Фёдор Андреевич также взял на воспитание своего племянника Иосифа Романовича Грузинова, потомка грузинского рода Мамчевадзе. В августе 1827 года он определил Иосифа в Московский университетский благородный пансион, где тот стал однокашником Михаила Лермонтова. Юный поэт посвятил Грузинову восьмистишие «К Грузинову».
Среди более поздних потомков — Николай Васильевич Давыдов (юрист, профессор Московского университета, ректор Народного университета Шанявского). Он консультировал Л. Н. Толстого при создании романа «Воскресение», дал толчок к написанию «Власти тьмы» и «Живого трупа». Его брат Юрий Васильевич Давыдов был председателем Тамбовской губернской земской управы и губернским комиссаром Временного правительства в 1917 году.
